Основное отличие парной терапии от индивидуальной, по крайнем мере в гештальт-подходе в том, что мы больше работаем с парой и взимодействием внутри нее, чем с каждым в отдельности. То есть то, что и как люди говорят другу, в парной терапии важнее того, как взаимодействует каждый с терапевтом. Именно в том, что происходит и разворачивается между партнерами, и высвечиваются паттерны их отношений. И терапевт работает скорее с динамикой между ними, чем с тем как каждый общается с ним.
Но! И об этом почему-то мало говорится, в кабинете терапевта присутствуют не двое, а трое - это неизбежно сказывается на взаимдействии. И вот какие у каждого из пары ожидания и проекции в отношении Третьего, это крайне важный вопрос. И что за символическая роль Третьего в паре как правило разыгрывается в терапии?
Вообще-то говоря в индивидуальной терапии роль Третьего тоже важна. Ее формулируют по разному - я бы сказал что это метапозиция, из который удается видеть себя и Другого более полно и широко и, как следствие, развитие метамышления (из которого прорастает и ментализация), это очень важная составляющая не только терапии, но и вообще теории обучения. Именно способность замечать процесс обучения, коммуникации, отношений со стороны наиболее сильный фактор успешного обучения. Те, кто задают себе вопросы «а как я вообще учусь? что мне помогает? что мешает? как вообще устроен этот процесс?» осваивают новые знания наиболее продуктивно.
Но вернемся к парной терапии. Не всегда, не часто, но иногда я проясняю как рациональные ожидания, так и чувства и просто даже совершенно казалось бы (на перый взгляд) «неадекватные» запросы к Третьему в долгосрочной работе с парой. Зачем? Всё за тем же - за расширением осознавания происходящего. Иногда это помогает яснее замечать важные индивидуальные процессы каждого, иногда дает возможность посмотреть шире на парное взаимодействие и увидеть «кто» или «что» ещё его предопределяет.
А иногда я предлагаю совсем непривычные вещи для парной терапии, но вполне знакомые из индивидуальной. Например, выйти из своих ролей и сыграть другие - друзей, родственников, да кого угодно, чье мнение или влияние далеко не сразу осознается. Но иногда я делаю ещё более нетривиальную вещь - а как вам если я прямо сейчас сыграю роль кого-то, а не терапевта? И самые сильные озарения у людей случаются часто именно в такие моменты. Да, это скорее исключение, подходит не всем и нужен уже достаточно надежный терапевтический альянс. Но если это возможно, то расширение осознавания, как правило, гарантировано.
Так что сила парной терапии кроется не только в том, чтобы концентрировать свое внимание на происходящем между партнерами здесь и сейчас. Но и в том, чтобы понимать как это обусловлено индивидуальными процессами каждого, поэтому так важна личная терапия. Но есть еще и третья сторона, присущая скорее системной семейной терапии, и здесь мы тоже можем ее использовать, разыгрывая из символических ролей, но не делая это единственным и основным фокусом работы. Все вместе, постепенно, это расширяет как индивидуально каждого, так и говоря гештальт языком - Self семейной ситуации. А ведь если чуть глубже подумать, то в конце концов, именно за этим мы и приближаемся к Другому - чтобы через Встречу, растождествляясь с наиболее жесткими сторонами своего Я, жить наиболее полной жизнью.
*****
Иногда (довольно часто), чтобы люди в паре смогли пробиться друг к другу, нужен Третий, приоткрывающий (а то и срывающий) привычные шаблоны взаимодействия в их отношениях. То есть нужен тот, кто сможет слышать «правду» (и «вранье») каждого и поможет им заметить как они избегают Встречи. Этим третьим, неосознанно, может стать кто угодно - даже грабитель, взявший их в заложники. Рождественской комедии «The Ref» уже около 30 лет, но она остается по-своему смешной и актуальной до сих пор. Возможно потому что времена, культура и роли в семьях у мужчин и женщин меняются, но проблемы, которые тянутся из их семейных систем продолжают их держать крепкой хваткой, остаются. Фильм как раз и показывает, в форме простецкой комедии, но достаточно точно, насколько экстремальными часто должны быть обстоятельства, порой пограничными, чтобы люди начали говорить начистоту.
Вскрыть застарелые конфликты «большой» семьи, вещь достаточно рискованная, а часто и просто опасная или даже невозможная. По крайней мере, до поры до времени. Поэтому, как по мне, сочетание индивидуальной и парной терапии, по возможности, желательно. Что надо сказать, часто можно услышать, многими семейными терапевтами не приветствуется. Уж слишком большой нагрузкой на психику людей они видят такой симбиоз. Но сегодня в семейную терапию ко мне всё чаще приходят пары, уже с опытом личной терапии каждого и общая проблема которую я часто замечаю - индивидуальная терапия, даже если и была, каждый раз прерывалась по совершенно разным причинам, не превращаясь в длительную, где в полной мере только и начинаются разыгрываться укоренные паттерны ненадежной привязанности и только тогда в полной мере и удается с ними знакомиться и перепроживать, перепрошивать, перенастраивать в длительных надежных терапетических отношениях.
Работать с парой, не в консультационном формате, а в терапевтическом, намного сложнее, если вообще имеет смысл в некоторых ситуациях, если у людей нет параллельной индивидуальной. Потому что смысл парной - в том, чтобы помочь людям научиться слышать друг друга, видеть происходящее целостно и научиться договариваться (развод ведь тоже предусматривает необходимость договориться, особенно если есть дети). С этой трудностью в парной терапии мы работаем здесь и сейчас. Но корни проблем в коммуникации часто не только в том, что и как мы говорим друг другу, это проявление более глубинных процессов, поэтому дело скорее в том, насколько мы вообще знаем себя и насколько неосознанно разыгрываем укорененные, при этом взывающие к изменению, сценарии прошлого. И пока нет освоенности и ясности в этом, парная терапия часто приводит лишь к разводу.
Потому что «понять» можно многое, но пока это не пережито, знания эти не помогают, а лишь усугубляют трудности, поскольку взаимные манипуляции в разыгрываемой здесь и теперь динамике, часто становятся лишь более изощренными. Пропорции и частота, длительность такого совмещения видов терапий, эти вопросы и ответы уже для каждой пары свои. По моему опыту, само обсуждение этих вопросов с парой это уже крайне терапевтический процесс, поскольку запускает осознавание и осмысление - себя, другого, жизни - на стыке индивидуального, парного, семейного, социального. В этом смысле качественная парная терапия совмещает в себе разные слои - психоаналитический, контактный (реляционный), системный. Бывает и так, что это удается исключительно в парном варианте терапии, но чаще, рано или поздно, приходится признать, что без вдумчивого взгляда в себя и свою жизнь, не только в контексте отношений с одним человеком, выходить из запутанных сценариев сложнее.
Но бывает, кстати, и так, что ни парная, ни индивидуальная терапия каждого не способствуют укреплению отношений в паре, даже наоборот, людям становится всё очевиднее, что эти отношения для них слишком затратны или неинтересны, и особенно трудно, если это понимает лишь один из партнеров, а другой, наоборот, видит в них для себя смысл. Но тогда, кстати, это может быть еще более важным моментом для входа в более глубокие слои своей личной терапии. Справедливости ради, бывает очень по-разному.
Часто индивидуальная терапия только одного человека в паре, лишь усиливает дисбаланс отношений. Но бывает, что изменения одного запускают и изменения в другом, даже если он(а) не в терапии. Поэтому терапия, ни парная, ни индивидуальная, это не панацея от всех бед, а всего лишь способ получше разобраться в своей жизни, не просто на уровне понимания, а скорее в переживании себя в отношениях и отношении к ним. И к себе. Потому что, так уж мы люди устроены, что наше отношение к себе, другим, жизни предопределяет наши близкие отношения. И, при этом, именно близкие долгосрочные отношения, через формирование стиля привязанности, незримо влияющего на очень многое, а когда начинаешь всматриваться - по сути, на всё, сильно влияют на отношение к - себе и миру. И обнадеживающая вещь во всем этом - что стиль привязанности не устанавливается раз и навсегда в детстве, он может меняться в течение всей жизни - вопрос в том, как входить в те отношения и/или настраивать их так, чтобы будущее создавалось не исключительно напрямую и вслепую из прошлого, минуя настоящее, а чуть более внимательно и осознанно, чтобы любить и быть любимым, а не постоянно выпрашивать или/и периодически отбегать на безопасное расстояние.
*****
В отношениях, особенно близких, выбранная, точнее выбираемая (потому что это не константа) дистанция может сильно определять качество отношений. И вот то КАК мы выбираем эту дистанцию? - вопрос достаточно интересный, и часто неосознаваемый. Потому что сам процесс выбора этой дистанции, скорость, с которой мы это делаем - достаточно сильно может характеризовать стиль привязанности, а значит и того как мы вообще строим отношения. Отношение к дистанции, скорости её выбора, интенсивности - всего лишь один из параметров того, как строятся отношения.
Когда в терапии человек начинает замечать свои устойчивые паттерны в контакте с другим, особенно когда за этим начинают проглядывать привычные способы построения контакта из раннего опыта семейной системы - часто возникает удивление, а потом и озарение - оказывается многие трудности, с которыми я сталкиваюсь сейчас имеет свой смысл и не просто так предопределяют поведение в близости. Но чтобы их менять, если они мешают, а часто просто коверкают жизнь сегодня, парадоксальным образом оказывается нужно не пытаться отказаться от них (потому что такие скороспелые попытки часто вызывают сильное сопротивление и начинается «веселая» игра «пчелы против мёда») а хорошенько освоится в них, начать свидетельствовать их осознанно и постепенно расширять репертуар своих возможностей, получая новый опыт.
В целом мы так и развиваемся - осваивая новые навыки в новом опыте. Засада часто в том, что если на каком-то участке нашего взросления был сбой важной связи, наша психика это запоминает и становится крайне осторожна в этом месте, предохраняя нас от рисков брошенности, адаптируясь учитывая конкретных значимых тогда Других и в соответствии с нашей характерологией. Так возникают защиты/адаптации/схемы сужающие нашу чувствительность и гибкость в моменте в угоду выживаемости теперь и далее. К счастью одновременно психика будет искать того, кто поможет нам это перерасти, предоставляя нам достаточно ресурсов для этого. К счастью, потому что это естественные заложенные механизмы психики перерастать свои травмы. Но одновременно это часто и к боли, и страданиям, потому что входя в близкие отношения все хотят для себя любящего партнера, но никто сразу не осознает какие непрошеные «дары» несет в эти отношения. Как впрочем и какие «подарки» получит от другого.
Так мы оказываемся в близких отношениях с теми, кто нам кажется важным и ценным. Не осознавая какую роль, часто непосильную для него или нее, мы натягиваем на человека. А потом, часто через несколько лет, вдруг признаем, что не получаем того, что важно. Либо получаем, но понимаем, что хотим уже чего-то другого. И каждый грезит о своем, приглашая партнера в отыгрывание своих трудных мест опыта и очень расстраивается когда он(а) не хочет слепо играть уготовленную роль. Иногда кому-то все-таки удается «замотивировать» партнера играть нужную нам роль через проектную идентификацию. Но проблема в том что «отыгрывая» вслепую это с другим, полноценного присвоения часто не происходит, а партнер, при этом, чувствует, что живет не свою жизнь. И тогда рано или поздно запускается новый виток поиска лучшего партнера.
Задача парной терапии как раз показать как мы это делаем друг с другом, чтобы начинать взаимодействовать по-другому. Прямо и осознанно. Но по-настоящему это начинает получаться только когда параллельно удается достаточно глубоко осваивать себя. Именно поэтому парная терапия без личной часто ведет скорее к разводу чем сближению. Пока мы не выходим, хотя бы в некоторой степени, из диктата своих глубинных «снов», мы не можем видеть другого как Другого, а не исключительно продолжение себя и своих отвергаемых частей. И это длительный процесс. Поэтому те, кто думает, что имея ощущение тупика в семейной жизни можно прийти к психологу и волшебным образом за несколько встреч решить все вопросы, просто продолжают жить в грезах о простой, исключительно рациональной природе человека и отношений.