Эготизм — это один из ключевых механизмов прерывания контакта в гештальт-подходе, характеризующийся гипертрофированным контролем Эго-функции, непроницаемостью личных границ и блокированием ассимиляции нового опыта. В отличие от часто описываемых слияния или проекций, эготизм часто остается наименее понятным феноменом как для клиентов, так и для практикующих терапевтов.
Что такое эготизм: 5 аспектов понимания феномена
Разные гештальт-терапевты по-разному объясняют природу эготизма. На основе клинической практики можно выделить пять основных проявлений этого механизма:
- Непроницаемость личных границ. Контактирование с другим происходит, но проживания чувств в связи с этим не случается. Человек может стройно и красиво говорить о переживаниях (ретрофлексируя их внутрь себя), но не ощущает их как живой процесс, меняющий осознавание. Новое не ассимилируется.
- Закрытость на границе контакта («человек в футляре»). Для партнера по контакту такой человек остается непонятным. Другой сталкивается с невозможностью приблизиться, ощущает «проскальзывание» при углублении темы или сталкивается со спонтанным обесцениванием.
- Гипертрофированный контроль Эго-функции Self. Из-за дефицита спонтанности затруднена психическая интеграция телесных импульсов (Id) и представлений о себе (Personality). Осознанного выбора не происходит, действие соскальзывает в привычный репертуар реакций или в бесконечные размышления.
- Функциональное отношение к живому. Развитие возможно только через расширение собственных границ, где другой превращается в объект поглощения. Полноценная Встреча (признание субъектности другого) невозможна. Такое отношение к миру вырастает из интериоризации функционального отношения родителей к самому клиенту в детстве. Внешняя риторика может быть про партнерство, но подсознательная динамика — про соблазнение и использование.
- Центрированность на «Я» при невозможности «Мы». Другой интересен лишь как средство. Стремление к близости присутствует, но страх слияния, дефицит симбиоза в раннем опыте и страх отвержения настолько сильны, что в последний момент возникает контрзависимый импульс отбежать на безопасное расстояние. Преувеличивается роль автономии и самодостаточности.
Как обнаружить эготизм в процессе терапии?
Когда эготизм является ведущим паттерном прерывания контакта, терапевт может заметить его по следующим маркерам:
- В запросах клиента: жалобы на трудности принятия решений, обилие сомнений в личной сфере (так как прошлый опыт не становится глубоким переживанием и на него нельзя опереться).
- В приносимых ситуациях: хронический конфликт между разумом и чувствами. Под прессингом долженствования («правильно», «надо», «хочу») не остается места для признания ограничений («трудно», «не получается») из-за дефицита сочувствия к себе и опыта горевания.
- В терапевтических отношениях: клиент раз за разом возвращается к уже пройденным и понятым темам, будто совместной работы и не было. За всем этим в глубине, как правило, маячит исключительно функциональное отношение к себе и другим.
- В тупиках терапевтического процесса: терапевт часто ловит себя на мысли, что сессия прошла «идеально, правильно и складно», но внутри остается стойкое ощущение пустоты, скуки, бессилия или «болота», в котором годами ничего содержательно не меняется.
Стратегия работы с эготическим паттерном
1. Осознавание контрпереноса терапевта
При работе с устойчивым эготизмом терапевт неизбежно сталкивается со своим переживанием обесцененности (себя, метода, результатов терапии). Это важный контрпереносный предикатор эготизма.
Если терапевт может заметить и осознать это чувство, а не быть захваченным им, он сохраняет терапевтическую позицию. Это позволяет не защищаться, а смотреть на процесс с исследовательским интересом. В этот момент можно предположить, что клиент разыгрывает в переносе привычную коммуникацию наоборот: скорее всего, именно так с ним в свое время поступали значимые взрослые. Это лишь гипотеза, но её полезно удерживать во внимании.
2. Фокус на терапевтическом альянсе
В супервизорской практике часто приходится сталкиваться с ошибкой, когда терапевты из сильного контрпереноса пытаются слишком рано «вскрыть» эготизм и вернуть клиенту свои чувства от происходящего в контакте. Иногда это срабатывает, однако чаще — преждевременно разрушает перенос, который пока не осознается.
Нюанс в том, что сначала необходимо сформировать крепкий терапевтический альянс, то есть отношения надежной привязанности. Именно за этим опытом бессознательно приходят в долгосрочную терапию — чтобы перерасти адаптацию прошлого и в моменте «здесь и теперь» появился выбор, как строить контакт. Когда альянс крепок, можно обсуждать форму отношений на сессии, но обязательно с точки зрения функциональности: зачем этот способ нужен человеку, от чего он спасал раньше и чем помог, но как именно теперь он затрудняет контакт.
3. Работа с токсическим стыдом и конфлюэнцией
Эготизм редко ходит в одиночку, часто — в паре со слиянием (конфлюэнцией). В глубине эготизма лежит много токсического стыда, и тогда слияние помогает «не опозориться». Плата за это — отчужденность от себя, неумение верить себе и опираться на себя. Слияние создает лишь квази-ощущение сопричастности с другими, ведь реального «со-» нет из-за отсутствия опознания себя.
А значит, терапевту придется работать и с токсическим стыдом, и с трудностью допуска уязвимости в близких отношениях. Для этого в терапевтическом пространстве специалисту важно быть готовым к встрече с собственной уязвимостью. Чтобы построить прочный альянс, необходимо оставаться в сочувствии к расщеплению человека на «идеальное и ничтожное», выдерживая долгое обесценивание своей работы там, где у клиента возникают трудности с присвоением опыта. Терапевту важно контейнировать злость и выдавать грусть, которая пока труднодоступна клиенту. И только когда доверия станет больше, аккуратно вносить свои переживания в контакт. Эготизм — часть нарциссического процесса, и если он сильный, выдерживать его придется долго. Терапевту важно честно признавать свои ограничения.
Заключение: Эготизм как осознанный выбор
Цель терапии при обнаружении эготизма — не «выкорчевать» этот механизм. Эготизм как способ организации контакта в некоторых жизненных ситуациях полезен и экологичен. Не всегда глубинная Встреча возможна и нужна; иногда полезно не открываться, уметь жестко обозначать и отстаивать свои границы.
Другой вопрос — происходит ли это как автоматический, фиксированный паттерн во взаимоотношениях со всеми, или специалист помогает клиенту прийти к точке, где тот может осознанно выбирать: где, с кем и как себя вести.
*****
*****
Сложно выдерживать эготизм клиента в одиночку?
Работа с эготическими и нарциссическими паттернами — это долгий процесс, который часто сопровождается фоновым чувством бессилия, тупика или сомнений в собственной компетентности. Если вы чувствуете, что «застряли» со сложным клиентом, путаетесь в контрпереносе или устали от хронического обесценивания терапевтического труда:
- Приглашаю вас на супервизию (очно и онлайн).
- Внимательно и аккуратно разберем динамику ваших отношений с клиентом, исследуем феноменологию контакта, снимем напряжение с контрпереноса и найдем новые точки опоры для продвижения в терапии.
Подробнее узнать про супервизию и условия работы можно здесь
*****
В качестве визуальной метафоры к статье использована картина Эдварда Мунка «Меланхолия» (1892). Национальный музей искусства, архитектуры и дизайна, Осло.
В качестве визуальной метафоры к статье использована картина Эдварда Мунка «Меланхолия» (1892). Национальный музей искусства, архитектуры и дизайна, Осло.